- 2 -

       Свое мнение Н.С. Хрущев высказал и руководству Министерства обороны, как бы желая убедиться в своей правоте. Министр обороны Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский пояснил, что американские ракеты "Юпитер", размещенные в Турции, могут достичь жизненно важных центров Советского Союза всего за 10 минут, в то время как нашим межконтинентальным ракетам нужно 25 минут, чтобы нанести удар по американской территории.

       По-видимому, этот разговор еще более укрепил Н.С. Хрущева в мысли о том, что нужно немедленно действовать. Советский лидер был уже полностью захвачен кубинской проблемой.

       На одном из совещаний Н.С. Хрущев отметил, что в случае нападения США на Кубу мы просто не успеем оказать ей помощь, если не решимся разместить на острове свои ракеты.

       На очередном заседании Совета Обороны, где кроме членов Совета присутствовал весь Президиум ЦК КПСС, а также его секретари, руководство Министерства обороны, Н.С. Хрущев поставил вопрос, каким образом можно предотвратить вооруженную агрессию против дружественной нам Кубы, если политические и дипломатические меры не дадут желаемого эффекта. Предложив перебросить на Кубу для усиления ее обороны некоторое количество наших ракет с обслуживающим их военным персоналом, тут же признал, что это неизбежно вызовет острую реакцию со стороны Соединенных Штатов. Но главное, что его волновало, не начнут ли США ядерную войну.

       Вероятность такого драматического исхода событий была весьма велика. А.И. Микоян первым возразил против переброски на Кубу наших ракет и войск (что не помешало ему позднее голосовать за проведение операции "Анадырь").

       Дебаты продолжались долго. И все же большинство участников заседания Совета Обороны поддержало Н.С. Хрущева: военную силу можно сдержать только военной силой. Постановили: Совету Министров, Министерству обороны и Министерству морского флота организовать скрытную доставку войск и боевой техники на Кубу.

       Это решение было зафиксировано в протоколе заседания. Все члены Президиума ЦК документ подписали. Что касается его секретарей, то некоторые из них, ссылаясь на свою некомпетентность, протокол не подписали. И только после разговора с Н.С. Хрущевым все же поставили свои подписи.

       Вот так было принято решение об отправке на Кубу советских войск и ракет.

       После всего сказанного вернусь к содержанию того документа, который родился в Генштабе в мае 1962 года. Вот его начало: "На о.Куба разместить Группу советских войск, состоящую из всех видов Вооруженных Сил, под единым руководством штаба Группы во главе с главнокомандующим советскими войсками на о.Куба..."

       Скажу честно, и сегодня не могу понять, что побудило нас вместо должности командующего предложить должность главнокомандующего. Замечу лишь, что тем не менее во время пребывания наших войск на Кубе их возглавлял просто командующий. Далее в документе последовательно и лаконично, как принято у военных, перечислялось все, что считалось нужным сделать для реализации решения Совета Обороны.

       Перед Группой советских войск на о.Куба была поставлена задача во взаимодействии с кубинскими Революционными вооруженными силами не допустить высадки противника на территорию острова ни с моря, ни с воздуха, словом, превратить остров в неприступную крепость.

       Ракетным войскам Группы (ракетная дивизия) предписывалось быть в готовности в случае развязывания войны, только по сигналу из Москвы нанести удары по важнейшим объектам на территории США. Для выполнения указанной задачи было намечено разместить на Кубе три полка ракет средней дальности Р-12 (24 пусковые установки) и два полка ракет Р-14.(16 пусковых установок). Всего 40 ракетных установок с дальностью действия ракет от 2,5 до 4,5 тыс. км. Дальность полета ракет обеспечивала надежное поражение важнейших объектов на территории агрессора.

       Сухопутные войска Группы (четыре отдельных мотострелковых полка) имели задачу прикрывать ракетные и другие технические части, управление Группы и быть готовыми оказать помощь кубинским РВС в уничтожении морских, воздушных десантов противника и контрреволюционных групп, если они высадятся на остров.

       Для непосредственной обороны ракетных частей от нападения диверсионно-разведывательных и контрреволюционных групп, а также небольших воздушных десантов было предусмотрено выделение по одному мотострелковому батальону на каждый ракетный полк.

       При выполнении второй задачи - оказании помощи кубинским РВС в уничтожении морских и воздушных десантов противника - намечалось использовать мотострелковые полки как высокоподвижную маневренную силу для нанесения контрударов по десантам противника в составе контрударных группировок кубинских войск, на которые возлагалась задача непосредственной обороны побережья.

       Мотострелковые полки должны были располагаться отдельно и на большом расстоянии друг от друга (70, 350, 400 км), ведение ими совместных боевых действий не предусматривалось. Для каждого полка назначалась зона боевых действий шириной до 200 км по фронту и глубиной 30-150 км т.е. от северного до южного побережья острова.

       Отдельные дивизионы тактических ракет "Луна" планировалось применять совместно с мотострелковыми полками, в связи с чем их решено было оперативно подчинить командирам мотострелковых полков и расположить в районах дислокации последних.

       Военно-воздушным силам Группы войск надлежало во взаимодействии с сухопутными войсками, силами ВМФ и с соединениями кубинских РВС уничтожать морские и воздушные десанты противника, а также нанести удары по военно-морской базе США Гуантанамо.

       Частям военно-морского флота ставилась задача совместно с ВВС и сухопутными войсками Группы, во взаимодействии с кубинскими РВС уничтожать боевые корабли и десантно-высадочные средства противника, не допускать высадки морских десантов. Кроме того, флот обязан был охранять наши транспортные суда на близлежащих к острову коммуникациях, блокировать минами военно-морскую базу Гуантанамо, а также вести разведку в западных и восточных районах Кубы с целью выявления боевых кораблей и десантно-высадочных средств противника.